internet
beyond change
V международная конференция
клуба любителей интернета и общества
все письма конференции
письмо 1. организационное
это письмо пишет Полина Колозариди. Ближайшие девять дней я буду писать вам письма по случаю конференции Internet beyond change. Это — первое письмо. Оно во многом организационное.


(И сразу! Если в вашей жизни и так много текста, но послушать доклады и дискуссии вам хочется, — обратите внимание на ссылки внизу каждого письма).


Кроме ссылок, в этих письмах будут рассказы о докладах и круглых столах конференции, о том, из каких исследований и дискуссий они появились, о клубе любителей интернета и общества, об интернете, о приятных практиках, которыми можно сопроводить дни конференции и подготовки к ней.


«Да они с ума сошли! Что, конференция — это праздник? Зачем к ней готовиться? Какие ещё приятные практики, сейчас она и нет-арт вам предложит и порефлексировать!» — говорит мой внутренний скептик. И ведь правда, предложу (вот, нет-арт)!


Но почему? Потому что думать про интернет сейчас, присматриваться к разным делам, которые где-то стали происходить онлайн, а где-то нет — очень важно. И ещё важно смотреть на себя и ощупывать собственные впечатления — где странно, где больно, где противно, где хорошо? Дома все как будто Робинзоны на островах с гаджетами. В аудитории приходится отключать всем звук. Просыпаешься в выходной с умопомрачительно длинным днём впереди, и он может быть любым, но точно пройдёт дома и в интернете. И как нам с этим? А на следующий день?


Это важные вопросы, которые стоит задавать себе, думая о том, что «интернет всё меняет» (или меняется). Соотносить. Соизмерять. Когда исследователи думают о роли и изменениях интернета, они задают миллион вопросов, но не о себе, а об объекте, методе и смысле того, что изучают. Отчасти это объясняет, почему исследователи такие занудные. Даже проведя исследование и прочитав всё, что написали до нас, мы собираемся и спрашиваем друг друга: «А я не чушь ли здесь сморозил?».


Это (и не только, но всё же) и называется конференцией. Часто она проходит в офлайне, а теперь и в интернете. В прошлом году мы уже делали смешанный формат: у нас были аудиосекции, на которых люди записывали доклады заранее, а на встрече в онлайне только их обсуждали. Было чудесно — три часа дискуссии и обсуждений. А ещё мне понравилось гулять вечером по двору в наушниках и слушать доклады.


В этом году доклад можно будет обсудить в гугл-документах или дождаться 27 апреля, когда начнётся конференция. Ещё можно ответить на это письмо, и я или кто-то из координаторов клуба ответит вам.


Как и обещала, в конце каждого письма — идея приятного занятия и напитка. Я дописываю этот текст под Стену-Сообщение Владимира Мартынова. Это моя любимая композиция для работы. Где бы я ни была и что бы ни творилось вокруг, стоит мне включить её, и пальцы сами тянутся к клавиатуре (это немного смешно, композиция фортепианная, но я не музыкант, на моей клавиатуре только чёрные кнопки с буквами). Стена-сообщение — о том, что стена — это не объект, который нас разъединяет, а то, что может быть местом для сообщения. Мне кажется, стена-сообщение может пригодиться нам, если интернет подведёт. Если в интернете станет сложно общаться, нам придётся использовать для этого что-то новое. Или старое.


А поскольку письмо уже очень длинное, то рецепт напитка не мой, но замечательный — кооператив Чёрный рассказывает, как делать отличный кофе дома. Это невероятно просто, можно начать с колдбрю, он вообще готовится в холодильнике.

И, вооружившись холодным кофе, можно послушать записи докладов и посмотреть презентации, чтобы на конференции было побольше времени для обсуждения:
«Интернет меняет»:http://internetbeyond.net/change
«История интернета»: http://internetbeyond.net/history
«Интернет, сообщества, этничность»: http://internetbeyond.net/communities
Постепенно материалы будут дополняться.А вот тут -- программа конференции: http://internetbeyond.net/


Ваша,

ПК
письмо 2. любовь и шиповник
Привет,

Когда объявили карантин, я подумала: вот бы влюбиться сегодня. Как сложно и волнующе, должно быть, влюблённым в карантине, особенно если вам, например, пятнадцать. И на улице солнечно, и всё возможно, но не сейчас.


Между тем, в Китае, говорят, снова работают ЗАГСы, и люди начали разводиться, пережив этот самый карантин. Но я думаю не о них, а о тех, кто влюбился и изобретает новые формы совместности, тоски и нежности, упрямства и кокетства.


И не первый год. В 2015 году исследовательская организация Pew internet research изучала то, как молодые американцы пользуются интернетом в отношениях. С тех пор это моё любимое опросное исследование интернета. Сами посмотрите, сколько там интересного: кто и как расстаётся с партнёрами с помощью картинки (!) в фейсбуке (!)? Почему бросивших в офлайне больше, чем тех, кого бросили? Сколько раз в день вы переписываетесь в мессенджере со своим important other? В последнем вопросе есть вариант ответа «каждый час». Ого. Каждый час быть на связи! Хотим ли мы этого? И с кем? Это же почти как оказаться запертыми вместе в карантине.


Судя по этому опросу, уже невозможно представить себе чувственность, отношения и сексуальность без интернета. Но как это сталкивается с культурой и практиками, которые возникли в другие времена?

Об этом эссе Барри Веллмана «If Romeo and Juliet had mobile phones» (кстати, эта статья — отличный краткий курс по социологии Веллмана). А если бы уже были сейчас в ходу очки с дополненной реальностью, и мы населяли бы квартиры своими возлюбленными, как это делают AR-художники? Как пришлось бы переосмыслить телесность и любовь, ещё и ещё раз, переживая интеллектуального наслаждения от этих спекуляций, какого не бывает в сильнейшей влюблённости (утешаю себя, ведь мне не удалось влюбиться в этом карантине).


Но перейдём от футурологии к исследованиям. На конференции прошлого года Ольга Долецкая рассказывала о своём исследовании отношений на расстоянии. На сайте нет записи и презентации, и неслучайно. Это была секция об этике: как изучать людей в интернете и не сделать им, себе и науке плохо (и что такое плохо). Например, Ольга задавалась вопросом о том, как возможно работать с фотографиями людей и отношений в инстаграме, и что из этого можно и стоит публиковать. Мы решили, что пока такие вопросы не решены, публиковать на сайте материалы не будем, поэтому я вам расскажу тут об исследовании Ольги. Оно было о том, как люди в инстаграме поддерживают отношения на расстоянии и отмеряют время между встречами: вот ожидание, подготовка к встрече, офлайн, расставание, воспоминание, снова ожидание. И инстаграм — подходящий инструмент для этого, ведь в нём публичное и приватное удобно масштабируются.

А вот что вполне этически приемлемо — пережить физическую дистанцию и отношения на себе и изучить это. Это и сделали художники Лорен Маккарти и Кайл Макдональд, за много лет до всякого карантина.

Смотрите, что это было: они поставили компьютеры так, чтобы видеть друг друга, но больше никак не общались. И так — целую неделю. Документацию можно увидеть здесь, и кстати, у Лорен много ещё прекрасных проектов про интернет.


Итак, получается, под любые наши нужды подстраивается интернет. Или нет? И может быть, интернет как раз позволяет нам создавать те отношения, которые сложны в офлайне?

Исследование Полины Кислицыной не было изначально посвящено интернету. Но в интервью с негетеросексуальными людьми она увидела, что они придают интернету особенную роль. Какую и почему? Доклад Полины уже выложен на сайте, можно послушать и прокомментировать или задать вопросы. Это второй доклад в секции "Интернет меняет".


Завершаю это письмо, слушая Suzanne Леонарда Коэна, ведь you want to travel with her, and you want to travel blind

And you know that she will trust you

For you've touched her perfect body with your mind.


Сейчас очень многого нельзя касаться: друг друга, своего лица, но можно переосмыслить само касание. И напиток для этого может быть с алкоголем (или без него).

В отличие от кофе, он наоборот, очень расслабляющий: возьмите шиповник и залейте его водой. Я лениво варю его часа три на микро-огне, но можно оставить на ночь в кастрюле. Потом уберите ягоды, добавьте пряности по вкусу. И по желанию, экспериментируйте с алкоголем: мне нравятся и красное вино (для романтического скайпа), и ром (для просмотра романтического сериала на ночь и крепкого сна).


ваша,ПК


Материалы конференции (будут дополняться):

Секция «Интернет меняет»:http://internetbeyond.net/change
Секция «История интернета»: http://internetbeyond.net/historyСекция «Интернет, сообщества, этничность»: http://internetbeyond.net/communities
Секция «Интернет и инфраструктура» http://internetbeyond.net/infrastructure
Круглый стол «Цифровая этнография» http://internetbeyond.net/ethnography
Программа конференции: http://internetbeyond.net/

письмо 3. коллективное действие и розмарин
Привет,

одна из любимых тем интернет-исследователей — мобилизация с помощью интернета, в интернете, с интернетом. И это не только про политическую мобилизацию, но и про совместное действие. Возможна ли мобилизация сейчас, когда людям никак, кроме как с помощью интернета, не договориться? Или наступила всеобщая демобилизация, и действия замедлились, отложились, прекратились? И понимаем ли мы, с кем объединяться и зачем действовать? Нужно ли протестовать против каких-то мер или слушаться? Пытаться уже сейчас искать новые дела или отпускать их, одно за одним? И кто такие «мы»: те, с кем оказался вместе в квартире или те, кто там за экраном?

Очень много вопросов.


Исследования мобилизации и общественных движений в онлайне позволяют нам подумать о нескольких вещах. Во-первых, Лэнс Беннет и Александра Сегерберг (Bennet и Segerberg, в 2013) придумали понятие «connective action». Это похоже на «коллективное действие», но оно не коллективное, а — как это по-русски? — «связное»? Да, связное действие. Этот концепт позволяет нам понять странное состояние, в котором мы находимся в интернете: вроде бы одни, но вроде бы и связаны с другими людьми.

Этот концепт очень похож на «сетевой индивидуализм» Ли Рэйни и Барри Веллмана (про него было в прошлом письме, где Ромео и Джульетта), они тоже писали, что все мы в интернете — не части коллектива, а связанные индивиды (простите, на русском это звучит как скованные одной цепью, но что поделать).


Получается, наши вопросы — о том, как быть индивидами или преодолевать это?

В прошлом году Любовь Чернышева и Эльвира Гизатуллина рассказывали о том, как объединяются жители новых ЖК: огромных домов, где кажется, невозможны сообщества. Послушайте это интересное исследование, которое начинается с трёх совершенно разных историй соседства и использования цифровых инструментов. В этом году Любовь провела новое исследование и попробовала понять, что из этих инструментов оказывается инфраструктурой для цифрового соседства — рассказ о нём тоже уже можно послушать в рамках секции «Интернет и инфраструктура». Хотя слушая доклады секции по инфраструктурам, я чуть путаюсь, так по-разному сейчас используют это понятие, и главное, неясно, является ли интернет инфраструктурой? (это и будут обсуждать на круглом столе конференции)


Но я не изучаю сейчас инфраструктуры так пристально, поэтому меня размышление о них заставляет скорее думать об альтернативах. Я представляю, что могло бы быть иначе. Что интернет мог бы не быть таким шустрым. А вот таким: на солнечных батареях, с мобильной инфраструктурой, вот почитайте, как это делают Low Tech Magazine. Не было бы возможности быстро собрать группу в мессенджере. А если сейчас изменить интерфейсы, будут ли у этого последствия? Может быть, никакого connective action? Или упрямые пользователи и граждане всё же найдут способ и соберутся для какого-то действия, объединённого или связного?


Я пишу этот текст, а в наушниках — композиция Daa Nyinaa, которую играет музыкант из Ганы Ата Как. И не просто так — я готовлюсь переслушать доклад коллег из Красного Креста о том, как интернет изменил гуманитарную деятельность (а потом оставить комментарии и поспорить с ними). И может быть, если всеобщий интернет, как и глобализация, приказывает долго жить, как мы и говорили на позапрошлой конференции, тогда объединения и мобилизация перестанут быть транслокальными и стоит действительно присмотреться к соседям? Может, именно к этому нас призывает самоизоляция? Или нужно защищать глобальный интернет?


На всякий случай советую вам мобилизующий и объединяющий коктейль. Для него вам нужны: холодный и крепкий зелёный чай, лимонный сок и любая травяная настойка. Идеальным он будет, если отложить приготовление на пару месяцев, а сейчас посадить у себя на подоконнике розмарин. Розмарин вы измельчите и добавите в коктейль, вернётесь к этому письму за рецептом, вдохновитесь и организуете соседский огород. И чатик для обсуждения графика полива укропа и помидоров. А там, глядишь, вырастут и новые формы мобилизации.


И практическая информация. На сайте конференции появляются новые доклады. И если у вас не получилось перевести нам деньги на Рокетбанк Лёни (несколько человек писали об этом) — мы изобрели возможность сделать это через Сбербанк (по номеру телефона +79779476541). А если получилось, то ура и спасибо вам!


ваша,ПК
письмо 4. производство времени и сливочный лимонад
Привет,


сегодня пятница, вроде как конец рабочей недели.


Кто-то из вас работает как прежде, кто-то — забыл о том, что такое выходной, кто-то — устроил вечеринку на весь день ещё в среду, поменяв её местами с воскресеньем, кто-то стал рассматривать домашние обязанности как работу, а кто-то с ужасом смотрит на эти строки, отложив работу в сторону на пару минут, потому что график сломался и время потерялось.


Прямо как в статье «Завод по производству времени». Это статья про то, как живут люди в посёлке, когда закрылся завод, вокруг которого возник посёлок. Замолчал гудок, который звал людей на работу и объявлял конец рабочего дня, а значит, остановилось производство времени. Несколько поколений, выросших с этим гудком, вынуждены выстраивать новые отношения со временем, но у них не получается. Им сложно планировать дела или откладывать деньги на будущее. Но антропологи Дарья Димке и Ирина Корюхина не просто констатируют это, они выясняют, как это было устроено и что происходит. И например, почему пожилым людям новая жизнь даётся проще, а молодым — совсем тяжело (неожиданно, да?).


Мне кажется, это во многом история про нас с вами. Ведь наши рабочие графики — наследие индустриального мира и связаны с кучей технологий и инфраструктур. Поэтому моё письмо сегодня — о том, как устроены отношения с технологиями и кто на кого влияет.


Начну с доклада Георгия Николаенко. Он начал изучать интернет в жизни учёных задолго до признаков карантина (вот, например, доклад его на прошлогодней internet beyond). В этом году Георгий расскажет — об учёных как брокерах и об отношениях в академии. Получается, устаревают одни системы обмена знанием и становятся популярными другие? Или учёные стали «научными брокерами» и выбирают те инструменты, которые отвечают их задачам?


Или перестроилось наше знание и мы умеем теперь видеть связь между сложными процессами? Вот весной 2020 года мы все снова стали «открывать» для себя интернет как фактор изменений. Но может быть, дело в том, что мы называем изменением то, у чего нам «понятны» причины и следствия. И вот карантин сейчас легко объявить причиной тех перемен, которые копились так долго?

* кавычки оттого, что я не хочется делать быстрых выводов о сложных вещах. Вроде бы можно прикрыть эту неуверенность тем, что говорит подход social shaping of technology: люди влияют на технологии, а потом технологии на людей и далее до бесконечности. Но может быть, это не универсальный ответ?


А вот что точно поможет — это изучение истории, и в частности, истории интернета. Записи ещё добавляются, но уже сейчас можно послушать Наталью Конрадову, которая переворачивает представления о Русском мире (он возник из-за Рунета!), и целых два доклада о том, как важно, глядя на историю в интернете, думать об интерфейсах, а не только о содержании (пользователи, сравнив десяток средств для вебинаров, поймут это интуитивно).

Ещё можно подумать о том, откуда мы знаем об истории интернета, и морально подготовиться к дискуссии которая будет у сотрудников Политехнического музея и исследователей интернета. Она будет, сразу говорю, непростой.


А почему эти истории так важны для нас, пользователей и исследователей? Мне представляется, что глядя на то, как менялся интернет, мы становимся чуть свободней. Потому что видим историю наших изменений не как часть огромной истории. А как переплетение разных отношений влияния. Среди них наша роль — не только тех, кто претерпевает изменения. Нет, мы можем и производить их. Это не делает нас больше и сильнее. Но даёт немного автономии от больших организаций. Мне кажется, это хорошее настроение для вечера пятницы.


Но закончу это письмо старомодно, в индустриальном ритме. У меня в наушниках Мишель Гуревич, любимый альбом Party Girl. Про саму песню Part Girl мне почему-то всегда казалось, что она — про вечеринку, которую ты устраиваешь наедине с собой и воображаешь всё, что может произойти, как в кино: танцевать в темноте, ехать потом с новыми знакомыми в такси (из фильмов про Нью-Йорк), ощущать, что вот прямо сейчас происходит какое-то огромное изменение «I used to be so fragile, but now I'm so wild».


Для такой вечеринки нужен особенный коктейль. Определённо в его основе — sprite или что-то подобное. Может быть, тоник. Аня Щетвина предлагает соединить с ним растаявшее мороженое — будет сливочный лимонад. Я только за, потому что танцевать одному в комнате, придумывая новую историю, хорошо и на трезвую голову.


ваша,
ПК



письмо 5. путеводитель по понедельнику, почему и как слушать доклады
Привет,

это воскресное письмо. Участникам из Европы оно придёт днём или даже утром. И я решила сделать его другим, менее похожим на колонку-рассылку. Это будет письмо-путеводитель по первому дню конференции (а в конце, традиционно, музыка, чай и ссылка на старые письма).

Итак, почему вообще мы затеяли эту рассылку?

Нам представляется, что исследования позволяют разобраться с теми вопросами, которые нас окружают (особенно в карантине, когда кроме изменений и неопределённости ни о чём не говорят). Исследования в этом смысле — как новости и журналистские материалы, только их можно критиковать и обсуждать.

Без обсуждений исследования чахнут и не работают, так что будьте уверены — ваших комментариев и вопросов ждут! Нужно только выбрать доклады и послушать их.

Уже есть все подробные доклады о том, что изменил (или нет) интернет. Это разнообразная секция: там и Красный крест, и интернет в биографиях негетеросексуальных людей, и учёные-брокеры, и флешмобы.

Отдельно советую всем родителям и близким школьников (и не только) послушать исследование Таисии Прокофьевой про то, как дети, родители и учителя смотрят на гаджеты и интернет в школе. Моя любимая часть — это даже не хитроумные способы не сдавать гаджет, а история про то, как мальчик, которому запретили использовать смартфон, стал популярен среди одноклассников, проходя игры на их смартфонах!

И да, не забудьте про ещё один доклад о соседях — Дмитрий Васильев изучил мессенджеры и соседей на дачах (всем, кто самоизолировался вне города может быть полезно, а про этнографию в мессенджерах — непростые вопросы для исследователей!).

Потом будет перерыв, а за ним — две секции про инфраструктуру. Важны они вот почему. Интернет сейчас становится чем-то, что заменяет привычные элементы и инфраструктуры. Но стоп, ведь инфраструктура — это термин. И если мы используем его как обыденное слово, точно ли мы понимаем, что имеем в виду? Вроде интернет — это инфраструктура для образования, развлечений. Но ведь у него самого есть инфраструктура: провода, столбы, и так далее. Как с этим работать?

Сначала мы послушаем несколько докладов, а потом поучаствуем в дискуссии, где будут Франческа Музиани, Ксения Ермошина, Любовь Чернышева, Ян Красни. вести будет Лёня Юлдашев.

Доклады и обсуждения закончатся в 17:40. А вечером — устроим неформальный разговор. Отчасти он будет основан на том, что мы узнали днём. Но это будет не продолжение дневной дискуссии, а попытка без обиняков обсудить: как справиться с растущим необоснованным детерминизмом. Если вы тоже начинаете сходить с ума от несущихся из каждого утюга «новой этики» и «мир не будет прежним», и вам тоже хочется понять, где эта новизна — всерьёз, а где — нет, welcome.

Я пишу это письмо, а у меня в наушниках — альбом Леонида Фёдорова и Владимира Волкова «Солнце», 2014 год. И я обращаю внимание вот на что. В нём вдруг из каждой второй песни — ранний Аукцыон. Вдруг, между абсурдом, началом ХХ века, фольклором и ещё многим-многим другим. Кажется, каждая третья песня — эксперимент. И хотя Леонид Фёдоров меняется буквально с каждым альбомом, никуда он не исчезает. Хочется быть таким же, думая об изменениях и меняясь.

А коктейль для дневных и утренних трудов — это чай с сахаром. Например, очень крепкий чёрный, две ложки на чашку и молоко (заодно это ваш десерт). Чтобы не было как в детском саду, чай должен быть очень очень крепким, желательно ассам. Дальше мягче (некрепкий дарджилинг, например). Поэкспериментируйте с растительным молоком, например, миндальным. Берегите свои силы, не тратьте их все сразу. Ведь с завтрашнего дня конференция, буду ждать вас там. Ссылки на зум мы пришлём вечером.

Приходите пораньше, с 9:40 мы будем собираться, и я заготовила небольшую речь.

Ваша,
ПК
письмо 6. первый день прошёл, красота зума, немало споров, неприличные слова, кока-кола
Привет,

Итак, прошёл самый длинный день, первый. У меня почти такие же чувства, какие были в конце офлайновых Internet Beyond, разве что чуть меньше усталости. Хотя как сказать — ведь общение было очень, очень плотным: и устно, и одновременно в чате. Модерировать онлайн-конференцию очень увлекательно: собираешь вопросы из чата, суммируешь, следишь за поднятыми руками. Сложно. Зато большая радость — от аудиосекций. Когда из 30 минут ты за первые 5 вспоминаешь, о чём именно был доклад, помнишь вопросы к нему из google-документов, а следующие 25 — обсуждаешь само исследование, это восторг. Вопрос можно уточнить, сказать «нет, всё же вы не ответили» и поспорить! Если регламент не такой щедрый, на дискуссии часто не хватает времени, и все уходят «в кулуары». У нас тоже они есть — гугл-документы, где уже идёт обсуждение докладов. И можно почитать, что там было, тем более, что мы сохраним чат и выложим его тоже.

А ещё в зуме некоторые докладчики люди необычно и здорово выглядят. Я упражняюсь в зум-фотографии, и завтра мы пришлём вам картинки, а сегодня можно посмотреть на то, как в конференции стали участвовать коты: и как это выглядело с обеих сторон с экрана.

Содержательно, наверное, рано делать выводы. Параллельно в трёх чатах мы продолжаем обсуждать тему инфраструктуры, про которую все участники решили, что это было hot hot hot: и на секции, и в дискуссии. Почему? Потому что на междисциплинарной конференции, да ещё и не строго академической, всё же остаётся очень важной строгость мысли и слов. Наверное, в не полностью академическом поле это в каком-то смысле ещё строже: если можешь не использовать термины, не используй.

Даже в нашем организационном чате есть неприличные слова, вроде к______ура, инф_____ра, аф_____нс, и так далее. Понятия, которые чаще и скорее размывают и скрывают то, что за ними, а не проясняют. Очень надеюсь, что сегодняшний день позволит слово «инфраструктура» из этого списка постепенно выводить.

Но это не сейчас, и даже не завтра. А завтра у нас будет небольшая дневная программа, и чуть более строгая вечерняя. Утром секция про сообщества и этничность. Вот, кстати, ссылка: https://us02web.zoom.us/j/83210026503.

Я о завтрашней программе ещё не рассказывала, а жаль — ведь сегодня на эти доклады уже не раз ссылались, очень советую их послушать. Ведь сообщества — одна из ключевых тем для internet studies. И вот исследование Юлии Эстриной и Людмилы Сабуровой — про сообщества и есть. В их докладе сталкиваются Марк Гранноветтер и Дэниел Миллер, отгадайте, кто победит? У Татьяны Крихтовой — разнообразие историй и практик, которыми делятся женщины на площадке Беби-блога (о «внемедицинской инструментализации репродукции» и Зачатьевском монастыре, где молятся о детях). Кроме прочего, интересно, что в исследовании Татьяны — не данность, а то, к чему люди приходят. И интересные, каждая по-своему истории в исследованиях Марии Сысоевой про убыхов и Светланы Белоруссовой про кряшен (про них не будет спойлеров, но есть отличные презентации и записи на сайте). И наконец, доклад Георгия Артамонова о том, что происходит с этничностью Вконтакте. Честно говоря, после прослушивания этой секции, идеи о том интернет меняет мир в сторону фрагментарности (мы это обсуждали два года назад) сильно пошатнулись. Ну как, для того мы и задумали эту конференцию, чтобы пошатать и развенчать старые идеи.

Но вот в музее (следующая наша секция) интернет всё же собирается в нечто единое. Правда, мы не уверены, что это всегда нужно называть музеефикацией. Потому что за этим понятием сложная история и критика. Поэтому наши вопросы в разговоре с Политехническим музеем — более конкретные: где граница интернета в музее, и как понимается ценность разных элементов и эпох интернета, когда они собираются в музее.

Вечером, после большого перерыва — internet without, спекулятивный, но строгий разговор о том, каким мог бы быт интернет, если бы в нём не было чего-то, к чему мы привыкли. Браузера, баннеров, кнопки homepage в браузере. Если у вас есть идеи о том, что тут нужно обсудить, кстати, напишите, пожалуйста. Разговор неформальный, но идеи собираем по заявкам.

Чтобы выдержать этот ритм, друзья, я пью кока-колу. Я узнала, что создатели колы сделали специальные выпуски с разными добавками: травяными, пряными, дымными. Но это всё стоит ужасно дорого, поэтому я добавляю к коле травяной чай с разными специями (лемонграсс, мята, душица, зверобой). Если заварить его сейчас и охладить, можно получить напиток, с которым вы сможете провести длинный день и не уснуть. К вечеру можно добавить в него алкоголь: ром или джин уже стали классикой.

Музыка этого вечера в моём случае — стук клавиш и некоторый хаос. Поэтому идеально подошёл альбом, о котором я узнала из телеграм-канала Happy new years. Это Jennifer Walshe и 'A Late Anthology of Early Music Vol 1'. У неё впечатляющая технологическая история, которую цитирую из канала: «Уолш замутила коллаб с DADABOTS - это те самые, которые научили нейросетку генерировать техно-дет в круглосуточном режиме. Уолш отослала DADABOTS кучу часов собственных вокальных импровов -> те собрали нейросетку, которая постепенно училась имитировать голос и манеру Уолш -> а далее эту карту обучения как бы спроецировали (НАЛОЖИЛИ) на разные произведения старинной музыку в хронологическом порядке (от грегорианики до барокко). Получается, нейросетка пытается пропеть историю музыки искусственно созданным голосом Уолш.

Такие, в общем, изменения,
до встречи завтра,
ваша,
ПК
письмо 7. прошёл второй день: сообщества и границы
Привет,

А вот и письмо между вторым и третьим днями. Второй день начался с разговора, от которого интернет-исследователи вздрагивают: сообществ и этнических (и не только) групп в интернете. Дело в том, что у интернета есть слава техно-социального явления, которое помогает менять социальные отношения. Объясняется это просто — общаться можно не только с теми, кто близок физически, но и социально. Тут могла бы быть отсылка к теме дистанцирования, но честное слово, мы до неё не дошли. И без неё проблем хватает.

А почему проблем? Да потому что с 1980-1990х годов в англоязычных, а потом и остальных исследованиях, стали писать про сообщества в интернете. Аннализа Пелицца несколько лет назад объяснила в своей книге, что «миф о сообществе» возник последовательно и почти исключительно на англо-саксонской почве. Это значит, что понятие сообщества — не универсальное, и если его применять к любой группе, оно просто теряет свой смысл.

Получается, что мы из-за этого мифологического концепта и попыток натягивать его везде, теряем возможность говорить процессах изменения социальных отношений, которые и правда происходит. У нас появляется слово-заплатка, слово-пластырь, под которым мы не видим: то ли все объединяются, то ли поболтать сошлись, то ли ненавидят друг друга, то ли борются с общим врагом. На примерах кряшен, женщин в бейби-блоге, убыхов и татар мы как раз сегодня обсуждали очень разные действия разных групп. И вроде бы, некоторые из них — сами по себе сообщества, а некоторые — дробятся на группы помельче. Но чем для них оказывается интернет, и сами они друг для друга? Три часа обсуждали, можете посмотреть в документах, немало интересного обсудили, но явно ещё не закончили.

Может быть, сможем сладить с похожим вопросом завтра — правда, он не про концепты, а про метод. С утра вместе с Дарьей Радченко, Александрой Касаткиной, Еленой Соколовой и Екатериной Репиной — круглый стол про цифровую этнографию. Возможно, вы уже послушали доклад Екатерины и Александры. У Александры очень непростая история о том, как шла её работа, менялись отношения с научным сообществом и теми, кого она изучала, в общем, эмоциональное напряжение и история, которая заканчивается методическими вопросами. Но обсуждать будем не только доклады, а в первую очередь сам статус метода. Ведь странное дело — сидишь вроде бы за одним и тем же компьютером, читаешь посты, а получается — побывал в поле.

Потом будет секция по истории интернета — сначала два доклада об истории интернета (Наталья Конрадова и Борис Степанов). А потом — об изменчивом интернете как части исследовательского метода для историков и социологов (Христофор Космидис и Наталья Кузнецова и Екатерина Новокрещёных). Темы захватывающие, каждая по-своему, и по каждому докладу уже есть немало вопросов в google-документах, так что кажется, обсуждение не будет простым и поверхностным. В конце мы обсудим исследование о совсем современном контексте — Александр Исавнин расскажет о том, как меняется интернет, если смотреть на него со стороны сетевых технологий. В прошедшие два дня мы не раз повторяли «интернет — не технология», и поэтому тем более интересно обсудить такую оптику, для которой интернет — именно технология и есть.

И вечером — закрытие, разговоры обо всём подряд. В первый день много говорили об академических проблемах, надеюсь, в последний с ними уже можно будет как-то проститься, всё же Internet Beyond не только change, но немного и academy. Правда, очень хочется построить планы, поспекулировать и возможно, выпить коктейль, который снова обещала Аня.

Но на этот вечер — мой даже не коктейль, а базовый напиток. Он состоит из красного вина, чёрного глубоко остывшего чая, а для любителей правильных пропорций — ликёра, вроде черносмородиного. Начинаете с пропорции 1 к 4 (вино к чаю), можно подливать прямо в кружку, следить за вкусом, дальше как пойдёт. И да, имейте в виду, это коктейль-танинный удар, если вы не любите танины, попробуйте белое вино и травяные чаи.

Если вы сова и готовы смотреть на людей в экране, советую не только слушать, но и смотреть мою любимую оперу Rameau "les indes galantes". В этом варианте она начинается и заканчивается голыми людьми (выглядят они очень невинно, но на всякий случай предупреждаю). Но вообще, это важная и интересная история про умножение глобализации и колониальные французские проекты, а также любовь. Опера разошлась на хиты, в коротком варианте вы их наверняка слышали не раз, но и в целом она захватывающая, хотя мне ни разу не удалось посмотреть её без отрыва. Кажется, сегодня тоже не удастся, потому что уже завтра в 10 утра мы с вами увидимся на последнем дне Internet Beyond,

ваша,
ПК
письмо 8: конференция всё, огромное нежное спасибо, фотографии, что дальше, критика интернета
Привет,

мне очень непривычно писать письмо и не призывать вас почитать и послушать доклады. Наоборот, мне хочется попросить вас перечитать во-первых, свои доклады, если вы докладчик. А во-вторых, доклады других людей, если вы не решались что-то сказать к дискуссии или хочется что-то сказать в конце важное. Или не дослушали. Конференция началась асинхронно и так же может завершаться. Или продолжаться (но я сдерживаюсь, поэтому в письме нет ссылок).

В офлайновых конференциях встреча лицом к лицу — то, ради которого всё затевается. В какой-то момент начинает казаться, что оно самоценно. По-моему, это по крайней мере странно, ведь при встрече может ничего не произойти. И, если не произошло, винишь себя, как будто был/а недостаточно хорош/а. Как на неловком свидании.

На онлайн-конференции тоже может быть неловко, но всегда можно написать в чат или в мессенджер. Кстати, на всех секциях у нас был чат, параллельный разговорам вслух, и в нём было столько важного и прекрасного, что мы опубликуем его вместе с аудиозаписями. И да, последнее письмо из рассылки придёт к вам через несколько дней, когда мы всё аудио обработаем и выложим на сайт. Будет повод, может быть, и к докладам вернуться.

А пока шлю вам фотографии. http://internetbeyond.net/pics2020

Пожалуйста, посмотрите на них, и если вам не понравится ваше изображение, напишите мне об этом. А если понравится — тоже можете написать, может, у меня есть дополнительные снимки.

Не все картинки технически выглядят хорошо. Но мне так понравилось снимать через зум, ведь можно долго смотреть на человека, наблюдать, как человек говорит, стесняется, задумывается, читает, слушает, отвлекается. Очень красиво. Ещё эти снимки — немного про технологический контекст и природный: какие камеры и лампы вас окружают, где сейчас солнце, как вы склоняетесь над компьютером или ставите телефон.

Спасибо, что вы всё это делали, это большое дело. И, дорогие участники, это дело не только одного дня, огромная работа — за вашими докладами, и, вероятно, немалая будет после них.

И важно вот что: исследование может быть работой или интересом. Но часто в любом случае оказываешься один на один со своим объектом и проблемой. Приезжаешь на конференцию — и всё-таки не один, вот ещё люди спорят, спрашивают. Значит, им это тоже интересно. Я надеюсь, это ощущение было с вами все дни конференции, благодаря асинхронному формату и моим письмам. И очень хочется, чтоб это продолжалось. Потому что наши исследования — очень нужны, и чтобы понимать про интернет, и чтобы не страдать от неопределённости, и чтобы быть честными в словах, и чтобы быть внимательными к своему полю. Нужны, чтобы понимать, что происходит с интернетом каждый день. Без них и без вас это совершенно невозможно.

Правда, это сложно, и я не хочу заваливать вас ответственностью и пафосом в конце письма. Наоборот, хочется как-то разделить их с вами и посоветовать выпить коктейль, который советует Аня Щетвина. Он требовательный к ингредиентам, зато эффективный и приятный, прямо как наши исследования: нужно размять ложкой замороженную малину, добавить в ламбруско и выжать туда дольку лайма.

А я советую послушать Нэнси Синатру с композицией You Only Live Twice. Вообще это тема одноимённой картины про Джеймса Бонда. Как и многие композиции из оптимистичных фильмов про Бонда, она, по-моему, — об огромной возможности действовать и мечтать одновременно. В ХХ веке было модно считать эту возможность считать большой, массовой и всеобщей. Сейчас кажется, что с интернетом всё это «большое» уходит. Но one life for yourself and one for your dreams теперь может происходить одновременно, это очень захватывающе (а ещё это можно изучать!).

ваша,
ПК