ЦИФРОВАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
четвёртый урок
Илья Утехин – антрополог, кандидат наук, профессор Европейского Университета в Санкт-Петербурге.

Кто такой цифровой антрополог?
Для антрополога мы живём сейчас в очень интересное время. Происходит трансформация окружающей среды, и существа, которые нас окружают, — это уже не только биологические создания, не только животные и люди, но и существа другого рода.
Например, это пылесос, который бродит сам по квартире, или другие устройства, у которых есть собственное поведение, и с которыми человек общается. Общается, потому что это взаимодействие. Не только управление путём нажатия на кнопки, а взаимодействие при помощи сложных действий человека и ответных действий устройства, в частности тех, которые предполагают естественный язык.

В прошлом году у нас в Европейском университете в Санкт-Петербурге была защищена диссертация, посвящённая диалогам с Siri. Русская Siri вообще-то довольно глупая. Но для своей магистерской Катя Хонинева взялась за то, чтобы исследовать диалоги, которые получаются у пользователей с Siri и ей подобными (кроме Siri есть ещё Cortana и другие ассистенты). Человеческая сторона диалогов, один из участников которых – программа.

И выясняется довольно много интересного, особенно если мы сравниваем, как в Америке дети разговаривают с Siri, и как у нас. Есть проблемы, которые касаются того, как человек добивается чего-то от такого партнёра по коммуникации.
Фактически на наших глазах возникает новый социолингвистический регистр: регистр общения человека и программного агента, который пользуется естественным языком.
Основные подходы
Вокруг нас появляются новые предметы, у них есть свои специфические особенности. Но мы изучаем прежде всего людей и то, каким образом эти предметы включаются в мир человека. И фундаментально методы в области цифровой антропологии не отличаются от традиционных качественных этнографических исследований. Все те качественные методы, которые касаются включённого наблюдения с разными степенями и формами включённости, всё это остаётся релевантным.
Да, у пылесоса или у Siri вы не можете взять интервью, но вас скорее интересует, как логику этого программного продукта воспринимает человек в реальном общении. А это вы можете изучить, как участвующий наблюдатель.
Если вас интересует, например, как устроено общение человека и Siri, то вы можете сделать самую простую вещь — взять рекордер, а лучше видеокамеру, и записать, как это происходит. К сожалению, айфон не позволяет нам записывать в него же, у него отключается рекордер в тот момент, когда включается Siri (потому что используется одна и та же звуковая карта). Но это можно сделать, если положить два айфона, один рядом с другим, ну или если хакнуть айфон.

Конверсационный анализ
При помощи обычного конверсационного анализа мы смотрим, что там получается. Мы можем вычленять паттерны, составлять коллекции разных типов действий, пытаться показать, как они внутренне упорядочены. И, опять же, это не отличается от того, как мы исследуем разговоры людей.

Другое дело, если мы изучаем разговор между человеком и программой. Этнометодологический подход и конверсационный анализ предполагают, среди прочего, что участники приписывают друг другу некоторые представления о мире и намерения, свидетельством чему является их общая ориентация на цель разговора, поддержания какого-то уровня взаимопонимания. Но каком взаимопонимании может идти речь в отношении Siri?

Бывают пользователи, которые разговаривают с Siri, как если бы это было ещё одно существо. Но зачастую человек понимает те ограничения, которые есть у этой технологии, понимает, что, вообще говоря, он говорит с дизайнером, который заложил туда какие-то особенности. Ведь вы можете сейчас в интернете найти, скажем, api.ai, инструмент для разработки ботов, сделать своего бота и запустить его потом в Телеграм. Он будет говорить при помощи тех паттернов, которые вы туда заложите. Обычный конверсационный анализ не предполагает, что мы забираемся в голову одного из партнёров и смотрим, что там есть. А тут, поскольку у нас один из партнёров такой специфический, мы можем увидеть, как он устроен. Мы можем посмотреть логи того, что там произошло. Так у нас будет транскрипт внешнего взаимодействия, и ещё мы увидим, что там было на уровне программы. А ещё можем сами экспериментировать, делая ботов, которые будут ставить человека в разные ситуации. Так фактически мы можем проводить эксперименты.

Не только интернет: STS и антропология
Едва ли можно сказать, что всё это — про «интернет». В определённый момент словом «интернет» обозначался веб. Когда мы пользуемся приложениями на мобильных устройствах, мессенджерами — это уже не привычные веб-страницы через 80 порт. То есть интернет имеет смысл скорее как наличие или отсутствия подключения к wi-fi, потому что многие вещи без wi-fi не работают. Это некое расширение, подключение наших умных предметов, с которыми мы общаемся, и оно позволяет нам делать разные вещи.

Вот одна наша студентка, она работает в технологической фирме, которая создаёт русский интерфейс для роботических игрушек, интерактивных, с которыми дети могут общаться. И любопытно наблюдать, как устроен процесс разработки технологии. Это само по себе — классическая тема для science technology studies (STS): можно посмотреть, какие интересы включены в этот процесс, каков элемент случайности, и с какой стороны в компании начинают подходить к разработке вещей, как действуют разработчики, будучи связаны огромным количеством ограничений, которые на них накладываются изначально. Так можно узнать изнутри, откуда берется дизайн взаимодействия, который потом видят дети, когда родители в магазине выбирают соответствующую игрушку.
На мой взгляд, чтобы плодотворно работать, делать исследования в области цифровой антропологии, нужно научиться самым обычным полевым этнографическим методам. А в отношении компьютерной технологии хорошо бы иметь не только опыт простого пользователя, но и представлять себе, как там все устроено.
Если человек участвовал в разработке каких-то приложений, ему немного проще понимать эти явления и их движущие силы. То есть, конечно, теоретически можно пробовать изучать инстаграм только по картинкам в инстаграме, ни разу не запостив картинку самому и её в фейсбуке не расшарив. Можно, теоретически, но в каком-то смысле это будет разговор слепого о цветах. Исследователь в этой области — всегда включённый исследователь.

К прикладным задачам
Решение прикладных задач иногда заставляет людей на коленке решать сложные теоретические задачи. Они могли абстрактно интересовать нас до какого-то момента, а тут, когда мы создаём искусственную жизнь, искусственную личность, искусственный разговор, нам надо опереться на представления о том, что такое личность, что такое разговор, из чего состоит жизнь.

Например, можно долго теоретически рассуждать о том, что такое контекст в разговоре. Это действительно серьёзная, очень интересная проблема. Но понятие контекста операционализовано в программах, которые позволяет нам создавать ботов. Там контекст — это вполне конкретное решение, воплощённое в логике программы, которая, например, позволяет интерпретировать анафору. Скажем, если у нас бот для заказа пиццы, и речь в переписке идёт о пицце, то программа на протяжении нескольких ближайших шагов пользователя в диалоге ассоциирует «она» с «пицца», пока не заполнены все слоты для информации о том, какая клиенту нужна пицца. Вот такого рода воплощение в реальной технологии очень абстрактных вещей — чрезвычайно интересно и ставит вопросы разного рода. Они касаются и традиционного круга STS интересов и антропологии.

Потому что по мере обогащения нашей повседневности умными и самостоятельными вещами трансформируется телесность, трансформируется понятие присутствия, то есть даже традиционный круг антропологических тем начинает включать в себя технологии. Не просто появляются какие-то новые темы, но и традиционные темы, которыми антропология занималась, постепенно трансформируются, потому что люди и их сообщества используют цифровую технологию как часть своего повседневного мира. И, в общем, антропология в этом смысле до определённого предела становится цифровой антропологией.

Как исследователь становится дизайнером
Для меня интересно, что здесь открываются дизайнерские перспективы. Я имею в виду возможность получать данные о поведении пользователей через создание приложений. Вы можете создать мобильное приложение. Оно на стороне пользователя будет выглядеть как игра или сервис, но смысл этого дела будет не в том, чтобы вам заработать деньги (или не только в этом), а и в том ещё, чтобы собрать данные о специфических формах поведения пользователях. Вот это в чистом виде экспериментальная антропология или социология.

Насыщенное описание как метод по-прежнему очень нужно: если мы хотим иметь не агрегированный большой массив данных, а описание социальной практики, нам никуда не деться от человека. Но сами по себе данные оторваны от человеческого контекста. Поэтому мы можем потом сестьи взять интервью с человеком, обсуждая ту картину, которую его данные показывают.

Незрелые технологии: пользователи и инженеры
Всегда интересно размечать ещё неразмеченную новую землю. Цифровая технология и сама по себе еще не обжита, потому что она незрелая. Но её потому и интересно изучать, что она растёт очень быстро, как дикая поросль.
И иногда движимая бизнес-интересами, а не интересами людей, она приобретает причудливые формы. Ну как, знаете, взаимодействие компьютера и принтера. В какой-то момент возникли проблемы с тем, чтобы с компьютеров Mac отправлять на печать документы. Я помню, в одном итальянском университете я видел замечательное объявление на двери компьютерного класса, где стояли iMac'и, там было написано: «Если вы хотите распечатать, то, пожалуйста, идите либо в другой компьютерный класс, либо загружайте на iMac'ах Винду, потому что из Mac OS вы будете долго страдать, и ничего у вас не получится, пока Apple не договорится с Micrоsoft». Понятно, что если бы там был системный администратор с плюс одной извилиной, то он бы решил этот вопрос. Вопрос решается, но решается он таким кривым способом, что я понимаю их.
Технология заставляет нас тратить своё время и нервы на то, чтобы заставить её делать то, что вы от нее хотите.
Когда вы покупаете какой-нибудь новый китайский смартфон, к примеру, Meizu, то обнаруживаете с удивлением, что Play Market гугловский там отсутствует. Там есть маленькая песочница их собственных приложений, но если вы хотите что-то еще, вам приходится устанавливать PlayMarket окольными путями, и только тогда он превращается в полноценный смартфон.

Вот все эти коммерческие войны и незрелость технологии превращаются в систематическое издевательство над пользователем. А пользователь борется, «голь на выдумки хитра», иногда придумывает свои какие-то нетривиальные способы использования этой технологии. Поэтому здесь, на переднем крае, постоянно что-то бурлит, что-то происходит, и интересно за этим наблюдать.

Вы превращаетесь в наблюдателя самого себя и уже совсем иначе относитесь к своим собственным поступкам, когда видите, что у вас трудности в общении с платёжным терминалом. Вы понимаете, что люди, которые программировали этот банкомат, на самом деле могли бы думать немножко больше как люди, а не как «инженеры». Но, тем не менее, вы всё-таки добиваетесь своих целей, а вот каким образом — это интересно.
Тексты для чтения
Мы традиционно подготовили для вас список полезных текстов, которые помогут разобраться в материале. В этот раз все тексты короткие и на русском языке.
Задание
Вам нужно стать наблюдателями самих себя. Вот как это сделать за два шага:

  • В один из дней надо составить список своих взаимодействий с технологической средой. Это могут быть не только умные вещи, потренироваться можно и на чайниках, эскалаторах, в общем, на всём разнообразии электронных девайсов, не исключая, конечно, мобильные телефоны и компьютеры. Главное – включить оптику наблюдателя за собой-как-участником общения с техническими объектами.
  • Нужно создать насыщенное описание одного из таких наблюдений. Напоминаем, что это учебное задание, не научный труд (вообще автоэтнография — очень специфичный метод). Поэтому насыщенное описание может занимать примерно полстраницы-страницу.

О том, как составлять насыщенное описание, вы можете прочитать у Гирца. Пример такого описания есть в дипломе нашего тьютора Ксении Антоновой, в третьей главе.